 |
|
| ОГЛАВЛЕНИЕ |
|
| СТАТЬИ |
|
| ПОСЕТИТЕ |
|
|
|
| |
№14 (177) Октябрь, 2003
РАЗМЫШЛЕНИЯ ПРАВОСЛАВНОГО ПСИХОЛОГА О ВОСПРИЯТИИ СМЕРТИ
И, увы! мудрый умирает наравне с глупым
(Еккл.2,16)
Люди действуют и чувствуют не в соответствии
с действительными фактами, а в соответствии
со своими представлениями об этих фактах.
Эрик Берн
MORS AEQUO PULSAT PEDE -
Смерть стучится ко всем одинаково.
Гораций
Памяти Людмилы Ивановны Машковой
В этой статье мы рассмотрим смерть как событие в потоке жизни другого человека с точки зрения нашего отношения к ней.
Есть два момента, способные мгновенно изменить привычный ход событий в жизни обычного человека. "Как таинственно и непостижимо происходит соединение души с телом в утробе матери", - пишет игумен Симеон в своей книге "Пробуждение", - "так равно таинственно опять бывает и разделение души от тела". Обе эти тайны связаны с жизнью души человека и всецело находятся в руках Божиих.
Знания о душе человеческой накапливались в течение тысячелетий. Автор первого философского трактата "О душе" Аристотель (384-322 до н.э.) считал, что в душе есть часть, не возникающая и не подлежащая гибели, т.е. вечная и бессмертная.
Сократу (469-399 до н.э.) принадлежат слова о том, что "смерть - это какая-то перемена для души, переселение ее из здешних мест в другое место, …и если верно предание, что там находятся все умершие, то есть ли что-нибудь лучше этого?, … и если все это правда, для меня было бы восхитительно вести там беседы…"
Эпикур в (342-270 до н.э.) в письме к своему другу Менекею писал: "Привыкай думать, что смерть для нас - ничто; ведь все хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущений… Стало быть, самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения: когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет".
Такой подход Эпикура завладел умами людей на многие годы. Почти две тысячи лет спустя французский поэт Жан-Франсуа Гишар (1731-1811) напишет эпиграмму:
Смерть совершенно не тревожит
Воображение мое:
Пока я есть - не может быть ее.
А есть она - меня уж быть не может.
Слово и понятие смерть на земле впервые прозвучало в раю из уст Самого Бога, Который сказал Адаму и Еве: "если вкусите, смертию умрете" (Быт.2,17)
Православная церковь учит, что "смерть есть разлучение души от тела, после чего душа остается одна сама с собою, а тело предается земле и там разлагается на свои составные части" (Свящ Николай Успенский "Как приготовиться к смерти"). На старинной могильной плите у стены церкви Успения Пресвятой Богородицы в деревне Обухово под Москвой написано: "Здесь положено тело княгини…". И действительно, не княгиня там покоится, а лишь тело ее.
Психология поведения свидетелей и очевидцев смерти отличается, поскольку и чувствуют, и переживают, и реагируют они по-разному. Отнюдь не всегда человек испытывает страх, о котором так любят писать. Вот, к примеру, умер человек дома или в автокатастрофе. Врач констатировал смерть. Милиционер зафиксировал этот факт. Приехали из морга, забрали бренные останки. Для этих людей смерть человека - обычное дело, часть их ежедневной работы. Они, конечно, могут проявить сочувствие, но сопереживать родным каждого покойника не станут, иначе может наступить так называемое профессиональное выгорание, и они не смогут больше работать.
Иначе переживают гибель своих товарищей солдаты на войне: они хотя и могут смотреть смерти в лицо, однако не всегда примиряются с нею.
И совсем иное дело, когда мы видим своим глазами, как уходит из жизни родственник или дорогой нам, близкий человек. Слава Богу, я успела познать православные традиции к тому моменту, когда десять лет назад у меня на руках скончалась мама, а потому не чувствовала себя беспомощной и не растерялась. Я помню все, словно это было вчера: и последний выдох, и родное лицо, на котором страдание сменилось выражением долгожданного покоя.
Тело человека - храм души. Тело человека - сосуд, наполненный душой. Телесные проявления отражают состояние души и рассказывают много интересного о человеке. Мы можем, например, угадать настроение человека по его походке, положению тела, выражению глаз и мимике лица.
Говорят, что старость не радость. И действительно, вид некоторых старичков не приносит ни радости, ни удовольствия. Встречаются порою старики прямо-таки страшные на вид. Но есть вокруг нас и иные пожилые люди со светлыми, милыми и приятными лицами, от них так и веет теплом и добродушием. В теле и на лице запечатлевается вся жизнь человека: прожитое время, пережитые мысли и чувства, совершенные дела. Это ярко и образно показано в рассказе Оскара Уайльда "Портрет Дориана Грея".
В Книге Сираха читаем: "Сердце человека изменяет лицо его или на хорошее, или на худое" (Сир. 13, 31). Вспомним, к примеру, портреты или фотографии святых людей. В фильме В.Виноградова "Русская тайна" есть целая галерея портретов духовных лиц, глядящих на нас из глубины времен. Какие лица, какие глаза! Какую жизнь они вели и как работали над совершенством своего духа!
А встречались ли вам люди, лица, и особенно глаза, которых выражают безжизненное равнодушие, тупое безразличие и холод окаменелого сердца? Про таких людей, наверное, мыслитель сказал: "Все люди знают, что они когда-то умрут, но не все знают, что они уже умерли". Да, все люди умрут. Псалмопевец так писал об этом: "И не будет того вовек, чтобы остался кто жить навсегда и не увидел могилы" (Пс. 48, 9-10)
Однако что мешает большинству людей смиренно принять смерть? Почему по поводу смерти одни грустят, а другие радуются; одни считают приличным демонстрировать скорбь, а другие ведут себя ровно и спокойно; одних охватывает страх, и они истерически кричат и плачут, а другие в страхе замолкают, замыкаются, уходят в себя?
Рассмотрим реакцию человека через призму отдельных факторов.
Фактор возраста. Проследим на примерах, как по-разному реагируют на смерть дети, молодые и пожилые люди.
Дело было в деревне. Семилетняя девочка и ее старший брат вошли в избу, где стоял гроб, в котором лежала их усопшая бабушка. Девочка, робея, подошла ко гробу и вслед за своим старшим братом прикоснулась губами к руке бабушки. Рука была мягкая и безжизненно холодная. Где-то здесь, рядом с телом, - душа бабушки. В полумраке просторной избы встретились два мира, но девочка об этом толком ничего не знает, а потому ей страшновато и непонятно, как себя вести. Всем своим существом чувствует она близость потустороннего мира и боится не только говорить, но даже дышать. Лишь очутившись на улице, она приходит в себя. На другой день траурная процессия во главе со священником направляется к деревенскому кладбищу. Несколько километров пути по размытой осенними дождями дороге преодолеть непросто, и девочку сажают в телегу рядом с гробом. Она обнимает бабушкин гроб, вздрагивая вместе с ним на ухабах. Рядом идут люди, много людей, девочка на них смотрит, ей уже вроде бы и не страшно. Но вот гроб начинают опускать в могилу. Девочка прижимается к дереву у края могильной ямы и слышит, как какая-то женщина начинает громко, горько и отчаянно рыдать с криками и причитаниями. Девочку берет жуть, она тоже начинает громко кричать и плакать. В какой-то момент ей вдруг хочется прыгнуть вниз на крышку гроба, но кто-то берет ее за руку. Подобная реакция ребенка вполне объясняется недостатком жизненного опыта и ограниченностью знаний.
В спектакле "Ангел - скорбное понимание" в постановке русского театра драмы "Камерная сцена" старик Михеич умирает на руках молодого парня. Для старика его собственная смерть - событие ожидаемое, к которому он давно готовился и потому принимает свой уход спокойно и даже смиренно. Для Василия же, молодого человека, встреча со смертью лицом к лицу - это глубокое душевное потрясение, но с другой стороны, - возможная точка духовного роста.
Пожилая женщина похоронила сына, трагически погибшего в автомобильной катастрофе. Да не простого сына, а талантливого священника. Ее спросили, как же она переносит смерть сына. А она и говорит: "Так Федор ведь не умер, его просто здесь нет с нами на земле. Но душою мы не расстались".
Фактор типа личности и темперамента. Многообразие поведенческих реакций человека на смерть зависит от типа его личности и темперамента.
Экстраверт - человек обычно с высоким уровнем общительности, способный к живому эмоциональному отклику. Он направляет свои переживания и интересы на окружающую действительность: людей, вещи, события, явления. Человек такого типа личности умеет и внешне проявить, и внутренне почувствовать сопереживание, сочувствие, сможет оказать поддержку на словах, способен быть сопричастным даже там, где, казалось бы, лично его дело не касается. Экстраверт может переживать смерть человека бурно и сильно, но не так глубоко в отличие от интроверта, который в своих ощущениях, эмоциях, чувствах и мыслях опирается на свои внутренние нормы и установки. Интроверту свойственна независимость от внешних факторов, и его внутренние переживания бывают глубже, чем он это проявляет в поведении. При этом если интроверт в момент происходящего не выдает бурную реакцию, это не означает, что он не переживает. Просто у него, как у айсберга: семь восьмых - под водой, и только одна восьмая видна на поверхности.
Человек холерического типа обычно бурно, и даже истерично реагирует на информацию о смерти, он гиперактивен, энергичен, резок, порывист и стремителен в движениях: не может спокойно сидеть на месте, громко говорит, делится со всеми информацией, рыдает в голос, не взирая на присутствующих. Его страдания ярко и очевидно проявляются внешне. Ему свойственна быстрая смена настроений, вот почему, поплакав о покойном, он может, забывшись, вдруг рассмеяться или под воздействием алкоголя на поминках может и песню затянуть. Не стоит удивляться агрессивности и эмоциональным срывам такого человека даже в обычной, не экстремальной ситуации, не говоря уже о переживаниях смерти.
Сангвиник относительно легко переживет смерть, ему легче, чем другим людям, найти оптимистичные стороны даже и в таком невеселом событии. Он деятелен, и довольно ярко выражает свое эмоциональное состояние, которое может быстро и легко меняться. Поговорка "от любви до ненависти один шаг" больше всего подойдет именно сангвинику. Попросите сангвиника сказать речь на похоронах или на поминках, и он справится с этим лучше других людей.
Пройдет некоторое время, пока меланхолик заметно отреагирует на известие о смерти близкого человека. Не стоит упрекать его в нечувствительности или безразличии и видимом равнодушии. Просто возбудимость его эмоциональных реакций слабая. Такой человек склонен долго предаваться скорби, унынию и тоске. Пребывать в грустном, меланхоличном настроении для него естественно. Он склонен даже в положительном искать отрицательное и всегда найдет повод для переживаний.
Флегматик медленно и постепенно впускает в сознание смерть. Внешне он сдержан, уравновешен, слабо проявляет чувства и свое отношение к происходящему. Он не склонен делиться ни с кем своими переживаниями, обсуждать то, что его беспокоит. Страдания флегматика спрятаны от постороннего глаза, и по его внешним реакциям только очень опытный и наблюдательный человек сможет угадать, что он испытывает на самом деле. Вот почему вовремя поддержать его в момент переживаний не всегда удается. Такому человеку особенно важно быть воцерковленным и вооруженным психологией христианина для правильной проработки в своем сознании и душе переживания смерти. Впрочем, верно это и по отношению ко всем людям. Известно, что неправильно или не полностью пережитые эмоции на протяжении всей жизни, как и нераскаянные грехи, "застревают" в нашем теле в виде различных заболеваний. Теперь уже о психосоматическом характере заболеваний почти не спорят, с эти соглашаются даже неверующие врачи.
Фактор профессиональной принадлежности. По данным психологии труда в мире существует более сорока тысяч профессий, которые можно объединить в четыре группы по типам труда (Климов Е.А.): человек-человек, человек-природа, человек-техника, человек-знак. В каждой группе есть профессии, связанные с риском для жизни, например, шахтер, пилот, спасатель, каскадер, бортпроводник. Смерть для представителей таких профессий - событие вполне вероятностное, а по сему они осознают и признают грозящую им и их коллегам во время исполнения служебных обязанностей опасность для жизни.
Один бывший милиционер, делясь своими воспоминаниями, рассказывал, что ему по долгу работы часто приходилось видеть умерших, а иногда довольно долго находиться в одном помещении наедине с покойником. При этом он мог испытывать самые разные чувства: внутреннее напряжение, брезгливость, физическое отвращение, страх неизвестности, ожидание чего-либо неприятного, чувство опасности.
Наши исследования психологического содержания труда бортпроводников гражданской авиации показали, что недостаточный уровень профессиональных знаний аварийно-спасательного оборудования самолетов и действий в аварийной ситуации объясняется неверием бортпроводников в то, что им когда-либо придется воспользоваться этим оборудованием для спасения своей жизни и авиапассажиров. Очевидно, в глубине подсознания крепко сидит мысль: в мире, конечно, случаются авиакатастрофы, но лично со мной этого произойти не должно. Вот и не хотят молодые люди готовиться к встрече с аварией. Гонят они от себя мысль о возможной преждевременной гибели и избегают говорить на тему смерти.
Восприятие смерти может различаться у людей одной и той же профессиональной общности. Помимо упоминаемых в этой статье факторов это зависит, по нашему мнению, от уровня социально-психологического развития, степени духовной зрелости, а также от состояния душевного и телесного здоровья каждой отдельной личности.
А вот пример со священником. Известен случай, как отец Илья (Ган), намереваясь познакомить одного священника с протоиереем Львом Лебедевым, зашел в его комнату и увидел, что отец Лев спит на кровати. Он потрогал его за ногу, пытаясь разбудить, но, поняв, что отец Лев уже никогда больше не проснется, спокойно сказал об этом своему спутнику, словно о каком-то обычном деле. Ни паники, ни страха, ни удивления отец Илья при этом не проявил. Почему? Да потому, что он мыслит православно и его психология - это психология православного человека.
Что же получается? Врач скорой помощи или хирург, солдат или сотрудник милиции, анатомопатолог или работник морга, спасатель или священник при встрече со смертью внешне могут вести себя спокойно, однако их спокойствие имеет разную психологическую основу и отличается качественно.
Психолог и смерть. Человек может любить только то, что знает, ибо невозможно любить то, о чем не имеешь ни малейшего представления. Из потока информации человек способен различить то, что ему знакомо. Кто плохо владеет иностранным языком, он все же сможет догадаться о содержании предложения по одному-двум словам, которые сумеет перевести. Но тот, кто не обучен грамоте, не сможет увидеть ошибку в правописании, а не знающий разговорного языка человек не способен заметить ошибки в произнесении слов.
Если современный психолог, духовно неграмотен, значит, он оторван от духовного наследия своей нации. Если он горделиво, как одна моя знакомая профессор психологии, заявляет, что ни к какой религиозной конфессии не принадлежит, понятно, что он лишен духовной радости, богатства и красоты жизни в церкви.
Дух - высшая часть души человеческой. И жалок тот психолог, который обречен на ограниченность и неудачу, поскольку, игнорируя дух, он пытается заниматься душой человека во временных рамках ее жизни в теле на этой земле. Когда же дело доходит до расставания души с телом, то тут психолог - материалист бессилен. Для него жизнь души за пределами тела - тема запредельная. Что же получается? Душа продолжает жить в полном объеме этого понятия, а недуховному психологу нет к ней подступа, потому что работа с душой и психикой человека для него заканчивается со смертью тела. Лучшие из психологов имеют обширные теоретические знания и практические умения в применении многочисленных психотехнологий и методик самых разных психологических школ и направлений. Они пишут "умные" книги и учебники, выпускают журналы и выступают по телевидению, щедро раздавая психологические советы и рекомендации. Но перед лицом смерти они оказываются совершенно беспомощными.
Вспоминается случай, произошедший в 2002 году в Москве на конференции Российского психологического общества. В день открытия конференции профессор Андрей Брушлинский работал в президиуме и вел круглый стол. В тот же вечер в подъезде собственного дома он был убит. На следующее утро у входа в зал заседаний главного корпуса Московского государственного университета я прочла объявление о трагической гибели большого ученого, теоретика, автора монографий, профессора, доктора психологических наук, директора Института психологии Российской академии наук, редактора "Психологического журнала".
Перекрестившись со словами "упокой, Господи, душу раба Твоего Андрея", я вошла в конференцзал и сразу погрузилась в давящую тягостную атмосферу зала, где был собран цвет отечественной психологической науки. Я уже не помню, о чем в тот момент говорили в президиуме, но помню тихий, приглушенный звук голосов, сдержанный темп речи, бесцветные и безрадостные фразы выступающих. И те, кто говорили, и те, кто слушали, словно оцепенели. В воздухе висело недоумение. Умер? Погиб? Как это могло случиться? Почему именно Брушлинский? За что? Что же теперь будет? Знакомая первая реакция, не правда ли?
Абсолютному большинству присутствующих было явно не по себе. Они, такие образованные, грамотные и продвинутые, оказались в тупике, словно стояли перед глухой стеной. На самом же деле перед ними, образно говоря, была закрытая дверь, в которую одни не умеют войти, а другие даже не видят ее. Очевидно, этим психологам нужна другая грамота, нужно такое образование, которое показывает человеку образ Божий и открывает двери в глухой стене, и показывает выход из любого тупика или лабиринта.
Позже отрадно было узнать, что жена профессора - человек верующий, а значит, духовно более развитый, настояла на том, чтобы все было сделано по православному чину, как поступали наши мудрые предки: и отпевание, и погребение, и поминовение.
Социальный фактор. Информация о смерти, как, впрочем, и любая иная информация, переходя от одного человеку к другому, объективно проходит три "фильтра" субъективного восприятия: биологический фильтр (физическая способность слышать), фильтр индивидуальности личности (влияние личностных особенностей на восприятие информации) и фильтр социальный (влияние ценностных установок и значимых приоритетов среды непосредственного окружения человека).
За всю историю существования человечества сложилось так, что естественным и правильным люди считают такую череду событий, когда дети хоронят родителей, а младшие хоронят старших, но не наоборот. Однако у Бога свои промыслы. Как же можно утешить мать, утратившую дитя, как помочь ей постичь смысл постигшего ее несчастья?
Искони православные женщины на Руси твердо верили, что детей посылает Господь, что чадородием женщина спасается. В то время, особенно простолюдины, рожали по целому десятку детей, а то и больше. И если ребенок умирал, то мыслили по поговорке "Бог дал - Бог взял", тем самым, безусловно соглашаясь и смиряясь с волей Бога. Раба Божья Наталья, моя бабушка, родила двенадцать детей, троих из них похоронила. Другая бабушка Елизавета из десяти детей похоронила двоих. Долго скорбеть и убиваться в рыданиях им было некогда, а потому, сделав все, как положено по православному обряду, утирая жгучую материнскую слезу, они принимались за хозяйство, ведь на них смотрели голодные глаза других деток.
А вот иной пример. Обратилась ко мне за психологической помощью молодая женщина, которая нашла в собственной квартире свою единственную четырнадцатилетнюю дочь не живой. Потерю она тяжело переживала несколько лет. Никак не хотела смириться с бедой, ее постигшей. И не то, чтобы не могла, а именно не хотела, ибо под любым "не могу" прячется глубинное и тайное "не хочу". Слава Богу, нам удалось направить мысли ее в верном направлении: стала она чаще ходить в храм Божий, слушать проповеди, паломничать по святым местам, исповедоваться, причащаться, читать духовную литературу. Верным спутником и поддержкой на этом спасительном пути стал ее супруг. Господь видит их сердечное устроение и может послать им в утешение другого ребенка, ведь они еще молодые.
Национальные традиции, обычаи и культура. Этикет - явление историческое, хотя и не застывшее. Правила и нормы поведения меняются с изменением условий жизни общества и зависят от конкретной социальной среды. Всегда были, есть и будут несовпадения, и даже противоположности в психологии поведения людей в процессе их общения и взаимодействия. Известный английский писатель Редьярд Киплинг говорил, что Запад есть Запад, Восток есть Восток, и им не встретиться никогда. Так, в Европе траурный цвет - черный, а в Китае и других странах Востока - белый.
Очевидцы рассказывали мне о "веселом" обряде погребения у китайцев: одетые в белое, энергично танцующие под грохот бубнов и барабанов провожают китайцы в последний путь своих единоверцев. А однажды в столице республики Шри Ланка (Коломбо) я наблюдала удивившую меня сцену. По улице шла толпа довольно оживлённых с радостными лицами людей в нарядных белых одеждах, украшенных живыми цветами. Играли на каких-то музыкальных инструментах, и люди слегка пританцовывали. Будучи уверена, что это свадьба, я решила подойти поближе, чтобы рассмотреть невесту с женихом. Каково же было моё удивление, когда в я увидела носилки с покойником, не менее нарядно украшенным. Позже я узнала, что по обычаям жителей острова Цейлон, в соответствии с их религиозными, ставшими народными, традициями, с древних времён смерть не считается поводом для горя и слёз, поскольку это - естественный переход души из одной жизни в другую, так что гораздо уместнее, в их понимании, радоваться и веселиться.
Можно было бы продолжить рассказ о разных обрядах погребения, однако это - тема другой статьи.
В коллективной памяти русского человека спрятаны знания о душе человека. В рассказе одного писателя повествуется о том, как еще в советские времена на деревенской свадьбе напился и уснул прямо за столом молодой парень. Друзья предложили его матери перенести спящего домой, в избу через дорогу. Но она возразила: "Что вы, сынки? Негоже трогать спящего. Уж больно крепко спит, знать, душа его летает. А как прилетит душа?, а тела нету, так что ж ей делать? И совсем улетит, и не проснется сынок мой. Нет уж, лучше я рядом посижу да покараулю, а как проснется, так и пойдем до дому".
В народных традициях и обычаях спрятана и сохраняется, как в архиве, информация. Люди часто помнят, как надо поступать, хотя не всегда умеют объяснить, почему именно так. Вот она, житейская психология!
Символизм восприятия смерти. Смерть психологически воспринимается человеком, в том числе, и через ее символы. Социологический энциклопедический словарь трактует символ (от греч. symbolon - знак, опознавательная примета) как социально зафиксированное и передающееся от поколения к поколению, содержательное значение вещи, предмета, цвета, рисунка, и т.д. Символы вызывают мысленные образы, которые могут быть многозначны по своему содержанию. При этом реакция на символ обычно одинаковая даже у людей разных религий и национальностей (например, ноты или дорожные), вот почему символ является важным средством взаимодействия людей в обществе.
С детства помню табличку на электрическом столбе с символом смерти - рисунком черепа и двумя скрещенными под ним костями и надписью "Не влезай! Убьет!" Символами смерти могут служить, например, груда черепов на картине художника Верещагина или расклеенные в вагонах московского метро воззвания против абортов в виде картинки малыша с хорошеньким лицом, но разбитым черепом. Символом может являться событие. Смерть - это тоже символ. Вербальное (речевое) и невербальное (жесты, мимика, походка) внешнее проявление и форма поведения человека - это тоже символы, но они могут значительно различаться в разных культурах.
А вот как использован символ смерти в спектакле "Царь Федор Иоаннович" театра русской драмы. Время от времени на сцене появляется выразительная высокая фигура в белом одеянии. Она плавно движется, словно летает, и мягко касается то одного, то другого героя, уводя их за собой со сцены, как из жизни. Безымянная фигура сохраняет загадочное молчание, но зрители понимают, кто это.
"Образность, или символика, - читаем в книге " Мысли христианина" святого праведного Иоанна Кроншштадтского, - есть потребность человеческой природы в настоящем духовно-чувственном нашем состоянии: она наглядно объясняет нам весьма многое из духовного мира, чего без образов и символов мы не могли бы знать". И далее: "Образность много влияет на душу человеческую, на творительную или деятельную ее способность".
Вспомним теперь, как разительно психологически отличается гражданская панихида от православного чина отпевания и погребения. В первом случае люди обычно стоят у гроба, избегая смотреть на покойника, либо поглядывают украдкой, зато разглядывают друг друга, кто как одет, или смотрят себе под ноги. Слушают траурные речи, плачут, тихонько переговариваются, а потом … садятся за стол поминать умершего.
Во время же церковного отпевания внимание человека сосредоточено на молитвах и поглощено священнодействиями через символы. Созерцание святых образов помогает душой и мысленным взором обращаться к Богу. Крестное знамение, по учению праведного Иоанна Кронштадтского, - символ того, что на Кресте наши грехи пригвождены. Каждение ладаном символизирует сказанное апостолом: "благоухание есмы Богови в спасаемых и в погибающих, овем убо воня смертная в смерть, овем же воня животная в живот" (2 Кор. 2, 15-16). Поклоны перед крестом и гробом и преклонение головы символично напоминают, как глубоко мы пали через греховные мысли свои и дела. Лампада и свеча, в том числе, горящая в руках молящихся на панихиде, напоминают о свете и огне духовном, чтобы сердца наши всегда горели любовью к Богу и ближнему и чтобы примером добродетельной жизни мы светили другим, как свеча светит нам в делах житейских. И, наоборот, чтобы мы не позволяли страстным желаниям и мыслям возгораться геенским огнем в душах наших.
Будем изучать и стараться осознанно и грамотно использовать символику, чтобы больше понимать все внутри нас и вокруг нас.
О чем плачут по усопшим? Когда человек плачет, утратив ближнего своего, то чаще всего глубинной психологической причиной этих слез является эгоцентричная жалость к самому себе. На острове Кижи в деревянной избе - музее нам дали послушать запись похоронных песен и причитаний плакальщиц. Есть там слова: "На кого ж ты нас покинул? И зачем ты нас оставил? Как теперь на белом свете жить нам без тебя?" В этих словах, как видим, нет сострадания к усопшему. Наоборот, улавливаются некий укор в его адрес, мол, ну, что ж ты умер, и сожаление по поводу случившегося. Но кого жалеют люди? Себя жалеют.
Одна пожилая женщина, прожившая двенадцать лет на немецком кладбище в Москве ( см. "Православную Русь" № 2003 г.) учила меня: "Не плачьте по покойникам. Не топите их в слезах. Плохо им, когда по ним плачут, им же жалко плачущих, но они не могут их утешить, ведь они уже в другом мире".
И что же плакать, если знаешь, что душа человека продолжает жить? Господь попускает нам порой тяжкие испытания, например, смерть ребенка, но Он обязательно дает и силы, чтобы достойно эти испытания пройти. В момент страданий люди часто спрашивают, за что мне это? Психологически верно изменить вопрос так: не "за что?", а "для чего?" Для того, чтобы, пройдя сквозь лишения и беды, выйти на новый уровень духовного роста, чтобы испытать свое сердце в трудную годину.
Для чего нужно знать свое семейное дерево, историю своей семьи? За тем, чтобы не быть "Иваном, родства не помнящим". А еще за тем, чтобы легче переносить трудности и искушения в своей жизни. Знание того, как жили наши предки, какие испытания выпали на их долю, каким образом они их переживали, послужит нам стеной, на которую можно опереться, примером, которому можно следовать, опытом, достойным подражанию. Так не будем же плакать о детях, которых забрал Господь. Однажды много лет назад я бродила по старинному ирландскому кладбищу в чудесном городке Лимерике и увидела на замшелой надгробной плите надпись с утешительными словами усопшего ребенка к своим родителям:
Don't weep for me, my parents dear,
As I'm not dead, but sleeping here.
I am not yours, but Christ alone,
Who loved me best and took me home.
Помню, слова меня потрясли, и я перевела их на русский язык:
Не плачьте обо мне, родители родные,
Лежу я на могильном дне не мертв,
но сплю отныне.
Господь один Властитель мой,
Любил меня и взял домой.
Час смерти. Самые лучшие психологи - святые отцы сравнивают целую жизнь с одним днем: утро - это молодость, день - зрелость, а вечер - старость. "Веселись, юноша, в юности твоей, веселись всем как даром Божиим, но знай, что за все это Бог приведет тебя на суд (Еккл.11,9) И если действительно научиться каждый день своей жизни проживать, как последний, значительно возрастет значимость каждого нашего поступка и каждого слова; пустяки и суетность уступят место главным серьезным и судьбоносным решениям, качество жизни улучшится. Вспоминается притча о том, как два монаха копали в огороде. Вдруг один другому и говорит: "А что, если сейчас Господь придет?" Бросили они лопаты и пошли по келиям молиться.
На вопрос, дано ли знать нам свой смертный час, можно ответить словами Сенеки (около 4 до н.э. - 65): "Mors certa, hora incerta - Смерть несомненна, но ее час неизвестен".
Блаженный Августин Аврелий (354-430 Р.Х.) так рассуждал на эту тему: "Это спасительно для нас, что Бог оставил неизвестным день смерти: да занимается каждый спасительною мыслию о последнем дне своем". Вот почему вредно и опасно с помощью цыганок и экстрасенсов, гадальных карт и кукушки узнавать, сколько лет осталось жить. Бог Сам дает знать день и час кончины, но далеко не всем, а лишь тем, кому такая информация полезна. В житиях святых Божиих угодников таких примеров много.
В творениях Святителя Тихона Задонского читаем: "Помни, христианин, что ты бесчисленным случаям смертным подлежишь - но когда умрешь - суд Божий скрыл это от тебя".
Перефразируя мысль немецкого поэта, скажу стихами:
Узнай свой смертный час.
Что толку в том?
Узнаешь, а куда бежать потом?
Православная традиция. В прежние времена люди рождались, жили и умирали в определенной традиции. Им было предписано, как жить и что делать, как и в каких случаях поступать. На Руси с младенчества сначала в семье, а позднее и в обществе люди впитывали православные нормы и правила поведения. В православной стране психологически жить было значительно легче, поскольку за качество жизни, за выбор и принятие решений человек нес ответственность не один, а делил ее с обществом, его воспитавшим. Теперь, когда утерян опыт многих поколений, утрачены или искажены православные этические традиции, весь груз ответственности за качество жизни лежит на каждом отдельном человеке.
Отношение к смерти меняется в разные исторические эпохи и может служить эталоном, индикатором характера цивилизации. Один российский писатель предположил, что по состоянию кладбищ можно судить о нравственном здоровье общества. В современном социуме наблюдается тенденция к вытеснению смерти из коллективного сознания, когда, по утверждению социологов, общество в целом ведет себя так, словно вообще никто не умирает и смерть индивида не пробивает никакой бреши в структуре общества. В наиболее индустриализованных странах Запада, как верно замечает в своей книге "Танатология - наука о смерти" С. Рязанцев, "кончина человека обставлена так, что она становится делом одних только врачей и предпринимателей, занятых похоронным бизнесом".
Древнее латинское изречение "мементо мори" еще не заняло подобающего места в жизни каждого человека по примеру православных людей, для которых, в идеале, память смертная - их спутница жизни. Между тем, уже у древних египтян был обычай: во время праздника наряду с самыми лучшими яствами и напитками вносить в торжественную залу мумию покойника, дабы она служила пирующим напоминанием о том, чем все кончается.
У православного человека психология восприятия смерти базируется на вере в бессмертие души и в воскресение мертвых в будущем веке. Православный человек не испытывает фобии (от греч. phobos - страх, боязнь, нетерпимость) по отношению к смерти. Святитель Димитрий Ростовский учит: "Не бойся смерти, но готовься к ней, проводя святую жизнь, если будешь готов к смерти - не убоишься смерти…"
Смерть для христианина - не безысходный крах, а естественный финал жизненного пути. Более того, постоянное памятование смерти способно удержать от грехов, как ничто другое. "Во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек на согрешишь", - учит слово Божие (Сир. 7,39).
С момента, как младенец в утробе матери получит жизнь, открывается для человека вечность. Он вступает в вечность, начинает бесконечное свое существование, которое делает его бессмертным.
Человек всегда должен готовиться к смерти как к переходу к вечной жизни.
Смерть настигает человека тогда, когда он достигнет предела жизни, который праведным судом Божиим предопределен для совершения дел, ему предназначенных.
И закончить эти размышления о психологии восприятия смерти я хочу метафорой святителя Николая Сербского (Велимировича): " Среди безмолвия неба и земли ожесточенно спорят земные мудрецы: "Что есть материя и что есть дух?". А смерть, восседая на гробах, утверждает: "Материя есть тесто, дух - закваска, вы - хлеба, а я гость".
|
|
|
|
|
| СООБЩЕНИЯ |
|
|
| ЗВУКОЗАПИСИ |
|
|
| ПОСЕТИТЕ |
|
|
|
